Домовой — хранитель дома или дух предков

Кто он, этот невидимый хозяин, который живет за печкой? Тихо шуршит по ночам, нечаянно роняет ложку, а иногда и душит спящих, если ему что-то не по нраву. Домовой — самый близкий к человеку дух в славянской мифологии. Он был не просто «хранителем», он был полноправным членом семьи, душой и стержнем дома. Отношения с ним определяли благополучие, достаток и мир в семье.

Корни образа домового уходят в глубокую древность, в эпоху культа предков. Наши предки верили, что душа умершего деда или прадеда не уходит навсегда в Навь, а остается в доме, чтобы оберегать свой род. Славяне никогда не выбрасывали пепел из очага и верили, что предок живет именно в золе. С приходом христианства этот образ не исчез, а трансформировался в «духа-хозяина». Считалось, что домовой — это душа самого первого хозяина дома или основателя рода, которая хранит семейный уклад.

Существовало поверье, что домовой появляется в любом доме сам. Он может «поселиться» с первым снопом, заложенным в основание строения, или въехать на новое место вместе с семьей. Важно было «позвать» домового на новоселье. Для этого хозяин клал в новый дом хлеб-соль и говорил: «Хозяин-батюшка, пойдем со мной домой!».

Часто домового представляли в виде маленького старичка с длинной седой бородой, поросшего шерстью, иногда с рожками или хвостом. Внешний вид мог быть пугающим, но сам он по природе был добрым хозяином. Однако его доброта зависела от отношения к нему семьи. Если домовой злился, он начинал хулиганить: прятал вещи, колотил посуду, щипал скотину.

Где живет домовой Любимое место обитания домового — это место за печкой или под ней, а также под полом, на чердаке или в хлеву. Он выбирал самое теплое и уютное место в доме, которое было недоступно для посторонних глаз.

Характер и обязанности Характер домового был под стать хозяину дома — он тоже считался своенравным и переменчивым.

Главный заботник. Домовой заботится о скотине, особенно о лошадях и коровах. Считалось, что если лошадь «не идет ко двору», это значит, что она пришлась не по нраву домовому. Он мог заплетать гривы любимым животным в косы.

Хранитель порядка. Он следит, чтобы в доме было чисто, чтобы никто не ссорился и не сквернословил. Если в доме шумно, он может зашуметь в ответ или начать душить по ночам неугомонных членов семьи.

Предвестник событий. По поведению домового можно было предугадать будущее. Если он плакал по ночам — ждали беду. Если тихо смеялся — к радости. Если он гладил спящего пушистой ладонью — к добру, а если жесткой, шершавой — к беде.

Шутник. Любил пошалить: спрятать иголку, уронить кринку с молоком, завести часы не в ту сторону. Так он проявлял свое недовольство или просто играл, если чувствовал, что его любят.

Как задабривать домового Наши предки знали десятки способов, как угодить капризному, но справедливому хозяину.

Угощения. В доме всегда должно быть немного еды. На ночь ему оставляли хлеб с солью в красном углу или горшочек каши за печкой. По праздникам ставили чашку с молоком.

Общение. С домовым разговаривали, здоровались по утрам, просили прощения, если что-то не так. Его старались не ругать, а уважительно называли «Дедушка-соседушка».

Обновки. Если дому дарили что-то новое: одежду, расшитое полотенце или яркую ленту, — это полагалось показать домовому. Его просили принять подарок и оберегать семью.

Нельзя оставлять ножи на столе. Считалось, что это может обидеть домового, и он начнет вредить.

Семейный двойник. Существовало поверье, что в каждом доме есть двойник — «черный домовой». Его можно было увидеть в зеркале или в отражении воды. Если он улыбался — к удаче, если строил рожи — к беде.

Родины. В некоторых областях считалось, что домовой рождается вместе с самым старшим сыном в семье и умирает вместе с ним, перевоплощаясь в новом поколении.

Обида. Говорят, если домовой сильно обидится, он может «уйти» из дома, а вместе с ним уйдет удача и достаток. Чтобы его вернуть, нужно было выйти в поле, встать на перекресток и громко позвать его по имени.

Нельзя строить дом там, где когда-то была дорога. Считалось, что по этой дороге души умерших уходят в Навь, и домовой там не приживется.